Литературная
Коллекция

Произведения:

Уильям Фолкнер

   
 
 

Сарторис

– О чем это вы? – повторил старый Баярд.
– А ты тоже отправляйся к себе. – Мисс Дженни и его втянула в орбиту своей воли – так
человек мимо ходом снимает со стула небрежно брошенную одежду. – Тебе давно пора в
постель.
Дед с внуком пошли вслед за нею на кухню и, стоя в дверях, ожидали, пока она,
порывшись в леднике, поставит на стол еду, кувшин с молоком и пододвинет стул.
– Сделай ему пунш, Дженни, – посоветовал старый Баярд, но мисс Дженни тотчас
отвергла это предложение:
– Молоко – вот что ему надо. Того виски, что он на войне выпил, я думаю, ему надолго
хватит. Баярд – так тот, когда со своей войны возвращался, всякий раз непременно хотел
въехать на лошади через парадное крыльцо. А ну-ка, пойдем. – И она решительно вывела
старого Баярда из кухни и потащила вверх по лестнице. – Немедленно отправляйся в постель,
слышишь? Оставь его на минутку в покое.
Убедившись, что он закрыл за собою дверь, она вошла в комнату молодого Баярда и
постелила ему постель, потом отправилась к себе и вскоре услышала, как он поднимается по
лестнице.
Его комната была озарена зыбким светом луны, и, не зажигая огня, он вошел и сел на
кровать. За окном неумолчно гудели лягушки и кузнечики; лучи лунного света, словно хрупкие
стекляшки, разбиваясь о кусты и деревья, звонким хрустальным дождем сыпались на землю, и
все эти звуки тонули в ритмичных и гулких вздохах электрического насоса за конюшней.
Он нащупал в кармане еще одну папиросу, закурил ее, но после двух затяжек бросил.
Потом он тихо сидел в комнате, которую прежде делили они с Джонни – двое отчаянных
подростков-близнецов; он сидел на кровати, где провел со своей женой последнюю ночь
отпуска накануне отъезда в Англию, а оттуда снова на фронт, где уже находился Джон. Мрак
приглушил блеск ее волос, бронзовым вихрем застывших возле него на подушке, она обеими
руками прижимала к груди его руку, и они тихонько разговаривали, обретя наконец
способность здраво рассуждать.
Но в те минуты он о ней не думал. Если он и думал о женщине, что, напряженно
вытянувшись и прижимая к груди его руку, лежала рядом с ним в темноте, то лишь с чувством
мучительного стыда за то зло, какое он столь легкомысленно ей причинил. Думал он о своем
брате, которого не видел уже больше года, думал о том, что через месяц они встретятся снова.

 

На правах рекламы:

 

   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"