Литературная
Коллекция

Произведения:

Уильям Фолкнер

   
 
 

Сарторис

– Если узнаете что-нибудь новое, сообщите, – сказала мисс Дженни, когда коляска
тронулась. – И приезжайте за цветами, когда они вам понадобятся.
– Спасибо. До свидания.
– Трогай, Саймон.
Коляска опять покатилась вперед, и Саймон опять держал свою новость про себя до тех
пор, пока они не выехали из города.
– Мистер Баярд приехал, – заметил он тем же небрежным тоном, что и раньше.
– Где он? – встрепенулась мисс Дженни.
– Он еще домой не приходил, – отвечал Саймон. – Я думаю, он на кладбище пошел.
– Чушь, – отрезала мисс Дженни. – Сарторисы больше одного раза в жизни на кладбище
не бывают. А полковник знает, что он приехал?
– Да, мэм. Я ему сказал, но, по-моему, он не поверил, что я правду говорю.
– Значит, кроме тебя его никто не видел?
– Я и сам его не видел, – признался Саймон. – Путевой обходчик видел, как он с поезда
соскочил, и он сказал…
– Несчастный черномазый идиот! – возмутилась мисс Дженни. – И ты всю эту чушь
выболтал Баярду? Умней ты ничего не придумал?
– Так ведь обходчик его видел, – упрямо твердил Саймон. – Не мог же он обознаться.
– Где ж он в таком случае?
– Может, на кладбище пошел, – снова предположил Саймон.
– Погоняй!
Мисс Дженни нашла племянника в кабинете в обществе двух легавых собак. По стенам
стояли шкафы с рядами толстых юридических фолиантов, переплетенных в
серовато-коричневую телячью кожу, которые собирали пыль и навевали унылые, ничем не
нарушаемые размышления; были там и всевозможные исторические романы (в частности, весь
Дюма, сочинения коего том за томом в неуклонной последовательности составляли теперь
единственное чтение Баярда, и один том всегда лежал на ночном столике возле его кровати), и,
наконец, куча всякого хлама – пакетики семян, ржавые шпоры, мундштуки и пряжки от сбруи,
брошюры о болезнях растений и животных, затейливые табакерки, которые ему дарили по
случаю различных юбилеев и которыми он никогда не пользовался, странные обломки камней,
сушеные стручки и корни – все это было собрано в разное время и при разных обстоятельствах,
давно улетучившихся у него из памяти, но все равно продолжало храниться. В комнату
выходила огромная, запертая на висячий замок кладовая; посередине стоял большой стол,
заваленный предметами еще более непонятного назначения, запертое бюро с крышкой на
роликах (Баярд был буквально помешан на замках и ключах), диван и три больших кожаных
кресла. Эту комнату всегда называли кабинетом, и теперь Баярд сидел там все еще в сапогах
для верховой езды и в шляпе и наливал кукурузное виски из маленького пузатого бочонка в
графин с серебряной пробкой, а обе собаки с величавой серьезностью на него смотрели.

 

На правах рекламы:

 

   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"