Литературная
Коллекция

Произведения:

Уильям Фолкнер

   
 
 

Сарторис

– Итак, – закончила тетушка Дженни, – мистер Стюарт поехал вперед, Баярд вернулся за
этими самыми анчоусами, а вся армия Поупа стреляла ему вслед. С воплем: «А-а-а-а! А-а-а-а!
За мной, ребята!» – он взлетел на холм, перепрыгнул через накрытый для завтрака стол,
ворвался в разоренную палатку с провиантом, и тут повар, который прятался за сваленными в
кучу припасами, вскинул руку и выстрелил ему в спину из дерринджера . Мистер Стюарт с
боем прорвался обратно и вернулся в лагерь, потеряв всего двух человек. Он всегда лестно
отзывался о Баярде. Он говорил, что Баярд был хорошим офицером и отменным кавалеристом,
но что он был слишком безрассуден.
Они еще немного посидели, освещенные огнем камина. Пламя металось и трещало, искры
яростным вихрем взмывали в трубу, и короткая жизнь Баярда Сарториса метеором пронеслась
по темному полю их общих воспоминаний и невзгод, осветив его скоротечным ослепительным
блеском, и, как беззвучный удар грома, угасая, оставила за собой какое-то сумрачное сиянье.
Гость, инженер-шотландец, молча сидел и слушал. Потом он заговорил:
– Когда он поскакал назад, он ведь не был твердо уверен, что там есть анчоусы?
– Майор-янки сказал, что они там есть, – отозвалась тетя Дженни.
– Да, – задумчиво протянул шотландец. – А мистер Стюарт и в самом деле вернулся на
следующий день, как он писал в своей записке?
– Он вернулся в тот же вечер искать Баярда, – отвечала тетя Джепни.
Пепел, мягкий, как розовые перья, тлеющими чешуйками падал на дно камина,
постепенно принимая нежнейший сероватый оттенок. Джон Сарторис, наклонился к огню и
помешал пылающие угли стволом трофейного ружья.
– По-моему, это была самая отчаянная армия на свете, – сказал он.
– Да, – согласилась тетя Дженни. – А Баярд был самый отчаянный парень во всей этой
армии.
– Да, – задумчиво подтвердил Джон Сарторис, – Баярд был изрядный сумасброд.
Шотландец заговорил снова.
– Этот мистер Стюарт, который назвал вашего брата безрассудным, кто он, собственно,
был?
– Он был генерал от кавалерии Джеб Стюарт, – ответила тетя Дженни. Некоторое время
она задумчиво смотрела в огонь, и ее бледное суровое лицо на мгновение стало кротким и
нежным. – У него было какое-то странное чувство юмора, – сказала она. – Самым забавным
зрелищем на свете он считал генерала Поупа в ночной сорочке. – Она снова погрузилась в
воспоминания о чем-то далеком, скрытом за розовыми зубчатыми стенами пылающих углей. –
Несчастный, – промолвила она, а потом спокойно добавила: – В пятьдесят восьмом году я
танцевала с ним вальс в Балтиморе. – И голос ее был гордым и тихим, как флаги в пыли .

 

На правах рекламы:

 

   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"